Он очень много писал, но еще ни разу не послал ничего в издательства. Всему виной была его непреодолимая тяга к совершенству. Но он не видел другой судьбы, кроме писательской. Жена ушла, не в силах больше тащить на себе их обоих. Друзья перестали куда-то звать, устав от постоянных отказов из-за писательства, результатов которого никогда не видели.

Он не мог долго это выносить. Его тело нашли в кабинете, среди тонны бумаг – сплошь черновики. Законченной предсмертной записки среди них не было.