Я перетянул веревки покрепче. Теперь мать с отцом сидели ровно, как-то даже празднично. А вот братишка опять обмяк и чуть не свалился со стула. В последний момент поймал его за руку и плоть с кисти снялась, словно перчатка. Выругавшись, я обхватил его обеими руками и водрузил в сидячую позу – скоро он станет такой же, как родители. Гладкий, стройный, белый и благородный.